- Нет. Для чего мне мог понадобиться эксперт? Борден пожал плечами. Жест был достаточно красноречив.
Анслей допил свой стакан.
- Инспектор нашел в стене два места, где, как он утверждает, не правильно проложена арматура. Разговор идет о какой-то четверти дюйма, но он требует, чтобы я точно следовал документации. Я не могу ломать всю стену, а вырезать кусок и потом ставить заплату запрещено инструкцией.
- Повидайте завтра этого инспектора, - посоветовал Борден, - и заставьте его сделать новые замеры. Я думаю, что арматура лежит совершенно правильно. Четверть дюйма - вполне допустимое отклонение. И перестаньте волноваться. Завтра все будет иначе.
Анслей поставил стакан и встал.
- Ну, думаю, мне пора.
- Я рад, что вы посетили меня, Анслей, - сказал Борден, - и позабочусь о вас, как смогу. Полагаю, что у вас больше не будет неприятностей с инспекторами. Они, как и все остальные, не любят, когда о них идет дурная слава, а ведь это в основном зависит от меня.
Борден засмеялся и пошел проводить Анслея до дверей.
- Я сам могу найти дорогу, - запротестовал Анслей.
- Нет-нет, я провожу вас. К сожалению, сегодня я один в доме.
Он проводил гостя и пожелал ему спокойной ночи.
Анслей точно знал: теперь мучения с инспекторами закончились, но зато начинаются другие мучения внутреннего порядка. Ему говорили с самого начала, что если он хочет приступить к строительству, не войдя в контакт с Меридитом Борденом, то он беспросветно глуп. Анслей наивно думал, что можно обойтись без этого, если выполнять работу добросовестно и тщательно придерживаться документации. Однако он быстро понял, какую незначительную роль играет честность в той работе, которую он сейчас делал.
Машина Анслея хрустела по гравию автомобильной дорожки. В нем кипел гнев на самого себя и обида на обстоятельства, вынудившие его приехать к Бордену. Он знал, что едет слишком быстро, но знал и то, что, как бы далеко он ни уехал от этого загородного дома, ему не убежать от самого себя. В беседе с Борденом он потерял нечто важное, ту часть себя, которую не должен был терять. Он не устоял перед неумолимым давлением обстоятельств.